Киянка для спутника и планета Бауманка

Статьи Автор

«Ракетный колледж на Яузе», как называли раньше наш вуз американцы, внес немалый вклад в становление и развитие отечественной космонавтики. Имена главных конструкторов, ведущих инженеров у всех на слуху. Председатель Комитета космонавтики МГТУ, доцент кафедры СМ-1 Борис Ковалев рассказывает о не очень известных, но оттого не менее важных страницах истории.

В марте 1942 года, когда наш вуз еще находился в эвакуации в Ижевске, было объявлено о возобновлении занятий в Москве. Студентов всех трех оборонных факультетов, существовавших до войны (танковый, боеприпасов и артиллерийский), перевели на один – артиллерийский. Группы нашего второго курса комплектовались по мере появления студентов. Первая была из тех, кто не уезжал из Москвы. Вторую, всего из 14 человек, сформировали из вернувшихся с фронта и из эвакуации. Старостой назначили меня. Третью укомплектовали после большого перерыва. Занятия вели не уехавшие в эвакуацию преподаватели. Несмотря на трудности организации учебного процесса и на то, что учеба перемежалась с работой, мы все получили хорошее инженерное образование и почти без потерь дошли до защиты дипломов и распределения на работу. Председателем экзаменационной комиссии на всех защитах был заместитель министра оборонной промышленности Василий Рябиков. Десятью годами позже он стал председателем Государственной комиссии по проведению летных испытаний знаменитой ракеты Р-7. Его подпись стоит и в наших дипломах, и в акте о приемке Р-7 на вооружение. Интересно: защита дипломных проектов в наших трех группах растянулась почти на два года. Все выпускники были направлены в организации, которые стали головными в оборонной и ракетно-космической технике.

Третью группу распределяли тогда, когда Сергей Королев уже возглавлял свое конструкторское бюро. К нему попали четыре человека: Рефат Аппазов, Михаил Флорианский, Евгений Рязанов и Яков Коляко. Рефат Фазылович знал немецкий язык и сразу был отправлен в Германию – изучать трофейную ракетную технику. После возвращения он стал одним из главных баллистиков организации. Флорианский сразу же попал в отдел баллистики и, по совместительству, работал на кафедре СМ-1. После ухода на пенсию стал ее штатным сотрудником. Яков Петрович присоединился к нам на третьем курсе. Он пришел с фронта с боевыми орденами и медалями. Его направили работать в аппарат ведущих конструкторов по проектируемым в то время ракетам. Евгения Федоровича – в отдел перспективного проектирования, а когда был создан отдел М. Тихонравова, его перевели туда на должность начальника сектора. За год в отделе разработали несколько вариантов спутников, предназначенных для первых запусков, в том числе: спутники, несущие научную аппаратуру для исследования верхних слоев атмосферы, аппаратуру для определения границ и формы радиационных поясов Земли. По инициативе Королева руководители страны приняли решение, что первым будет простейший спутник. Его так и назвали – «ПС-1». Он должен был просто показать, что первый шаг человека в космос сделан, и сделан нашей страной.

Новая концепция спутника потребовала и новой конструкции, и новых особенностей запуска. Все эти вопросы решали в секторе, которым руководил Рязанов. Баллистическое решение предложил сектор Аппазова: азимут – 65 градусов, апогей орбиты – 900 км, перигей – 220 км, период обращения – 96 минут. В этом случае спутник могли наблюдать и слышать его радиосигналы все жители Земли. Аккумулятор обеспечивал питанием радиопередатчик, периодически передающий радиосигналы, ставшие потом знаменитыми: «Бип! Бип!».

К «ПС-1» приложил руку в прямом смысле слова еще один наш выпускник – Геннадий Стрекалов. В 1957 году Стрекалову было 17 лет. Чтобы получить льготы для поступления в вуз, он пошел работать на завод при королевском ОКБ-1. Там ему, слесарю-меднику, пришлось выколачивать киянкой полусферы корпуса спутника. Во время работы к нему подошел какой-то «дядя в шляпе» и стал давать советы. Геннадий не очень вежливо попросил не мешать ему. Когда «дядя в шляпе» ушел, ему сказали, что это был сам Королев.

«Корыстные» задачи простейшего спутника «ПС-1» были успешно решены – факт запуска, реакция на этот запуск во всем мире стали мощнейшим стимулом для развертывания работ в космонавтике.

Для сравнения: американский спутник «Эксплорер-1» был запущен более чем через год – 28 декабря 1958 года. Масса его составляла всего 8,4 кг.

Спутник «ПС-1» просуществовал на орбите 92 дня. Во время пролета в перигее он терял скорость из-за сопротивления атмосферы. 4 января 1958 года, войдя в ее плотные слои, он сгорел.

Но у нас есть в космосе объект, который будет существовать до тех пор, пока будет существовать Солнечная система: в дни празднования 175-летнего юбилея университета Международный астрономический союз присвоил имя «Бауманка» малой планете, открытой астрономом Николаем Черных. Она вращается вокруг Солнца между орбитами Марса и Юпитера и напоминает о вкладе всех поколений выпускников МГТУ в осуществление многовековой мечты человечества о межпланетных полетах.

 

Борис Ковалев, доцент кафедры СМ-1,

председатель Комитета космонавтики МГТУ